Slide 2
RU
RU

Отцы глазами женщин

В 2013 году в научном журнале СоцИС, вышла публикация кандидата социологических наук, доцента кафедры социологии политических и социальных процессов Санкт-Петербургского государственного университета, Безруковой Ольги Николаевны.

В своей публикации "Отцовство в трансформирующемся обществе: ожидания матерей и практики отцов", Ольга Николаевна поделилась эмпирическими данными полученными в результате исследований потребностей матерей в поддержке отцов. За время исследования было опрошено в общей сложности 135 женщин.

В результате этой работы, автором было определено 25 типажей отцов, которые в свою очередь были отнесены к четырём основным категориям отражающим их отношение к принятию своего отцовства: активно-принимающие, пассивно-принимающие, пассивно-отвергающие и активно-отвергающие.

Ниже мы представляем выдержки из этой публикации.

Рис. Типы отцов

1. Активно-принимающих отцов отличает:

  1. активность в поддержке матери и ребенка;

  2. сочетание традиционных и новых практик заботы о матери и детях;

  3. положительная мотивация отцовства и осознанное желание иметь детей;

  4. высокая ценность детей и семьи;

  5. теплые и доверительные отношения с матерью, сензитивность к ее потребностям;

  6. принятие ответственности отцом/разделение ответственности между отцом и матерью за рождение и воспитание детей;

  7. партнерский и (или) традиционный характер гендерных отношений;

  8. регистрация брака;

  9. признание отцовства.

Для отцов подобного типа характерна зрелая идентичность отца. Кластер активно-принимающих отцов включает отцов традиционного и современного типа. В первой группе традиционного отцовства преобладают мужчины, находящиеся в пределах ролевого поведения модели традиционной маскулинности. Отцы этого типа - руководители семьи, отцы "старых времен", заботятся о семье как кормильцы, добытчики и защитники [Кон, 2009: 312 - 313]. В отношениях с женой они демонстрируют доминантность, специфические, присущие лидеру семьи практики поведения. Мужчины этого типа воспитывались в традиционной семейной культуре, с традициями полной безразводной семьи с несколькими детьми в предыдущих поколениях, с четко дифференцированными женскими и мужскими ролями. Рождение детей для мужчин такого типа несет глубокий смысл и безусловное принятие. Они остро чувствуют свою ответственность за принятие важных семейных решений. Один из образов традиционного отцовства - 'Труженик", проявляется в практиках трудолюбия, оптимистичности, деловой хватки и адаптивности: "Когда узнала, растерялась от неожиданности. Муж сказал, что будем рожать, он принял решение. Он очень работящий мужчина, и какой бы кризис ни был, он всегда постарается выход найти" (Д., 30 л., воспитатель, в ожидании третьего ребенка). Такое же отношение к ситуации проявил другой отец традиционного типа - "Верующий": "Муж поддержал однозначно. У меня муж православный верующий, может быть, даже больше, чем я. Один однозначный ответ, что все сохраняется, и растим, как уж есть" (О., 32 г., швея, в ожидании третьего ребенка).

К современным типам отцов с маскулинной идентичностью отца нового типа [Pleck 1997; Кон, 2009], мы отнесли тех, кто раскрывал себя в новых социальных практиках, включая репродуктивные, коммуникативные, гендерные, родительские и гражданские [Безрукова, 2012]. "Ответственный"- отцы этого типа рациональны, планируют профессиональную и семейную жизнь. Рождение ребенка является во многом взаимным решением родителей, и чаще всего осуществляется только тогда, когда мужчина готов к отцовству и может взять на себя или разделить ответственность с матерью ребенка. Опыт заботы о жене и маленьком ребенке многие из них получили в своих семьях, воспитывая наравне с родителями младших братьев и сестер. Уверенность в своих силах основывается на объективной оценке своих возможностей, прежде всего, в финансовом обеспечении семьи, и является одним из ключевых факторов принятия решения о рождении ребенка. Они обретают идентичность отца в совместных занятиях с другими отцами в мужских клубах и группах поддержки, участвуют в родах, сами передают свой опыт будущим отцам [Еремин, 2010; Безрукова, 2012]. Принадлежат к представителям среднего слоя, хорошо образованы, выросли в полных семьях с эгалитарным укладом. Такие отцы отличались желанием не просто родить, но и воспитывать ребенка. Отличительная особенность становления вовлеченного отца - активная роль матери: "Мы вместе фильмы смотрели в интернете, на УЗИ ходили, потом в семейные группы подготовки к родам, и он так всем проникся! Он ... пылинки с меня сдувает" (С., 26 лет, администратор, в ожидании ребенка).

"Особый отец особого ребенка". Отцы этого типа отличались эмоциональной привязанностью к матери и детям, теплыми и открытыми отношениями с матерью ребенка, желанием вкладывать материальные и психологические ресурсы для своего малыша. Во многом семейный настрой такого мужчины зависел от доминирования семейных и детоцентристских ценностей, социальной зрелости, ответственности за семью и ребенка. Отцы этого типа либо родились в многодетных семьях, были старшими в семье, или имели опыт заботы о брате или сестре. Часть из них сами преодолели жизненные трудности - развод или смерть родителей, бедность, участие в военных действиях. Обладая личностными и жизненными ресурсами, вовлеченные и участвующие в поддержке мужчины стремятся сделать всѐ для жены и ребенка. А главное - способствовали тому, что ребенок с ограниченными возможностями оставался в родной семье.

"Эгалитарный"- вариант ответственного отцовства: развивающийся тип мужчины, который берет на себя ответственность за воспитание ребенка, делит поровну с женой домашние обязанности, в случае необходимости может заменить жену в уходе и заботе о ребенке, используя родительский отпуск. Отцы этого типа характеризуются молодыми мамами как любящие и заботливые, вовлеченные в уход за детьми, в общение и игры с ребенком, как ответственные за благополучие семьи и воспитание. Именно такой тип поведения, отличительная особенность которого - реализация принципа эгалитарности во всех аспектах родительской роли, можно отнести к модели отца нового типа [Клецина, 2009, Рождественская, 2010; Безрукова, 2012]: "Муж помогает больше всего. Ну, он и с ребенком может посидеть, и на прогулку может выйти, и подмыть, и покормить, все может. Только не может грудью кормить и родить. И материально, он финансирует нашу семью" (А., 27 лет, реставратор, ребенок - 8 месяцев).

"Творец"- отцы этого типа отличаются положительной мотивацией отцовства, установками на многодетность. Их отличает энергия созидания и преобразования жизни вокруг себя, которая распространяется на профессиональную, как правило, свободную творческую деятельность (предприниматели, представители свободных профессий) и на создание своего пространства отношений, "доверия, уважения и любви". На первый взгляд отцы этого типа традиционны, тяготеют к лидерству в семье. Это поколение мужчин с новой идентичностью можно охарактеризовать как отцов, испытывающих потребность в любви и заботе о своих супругах и детях, заинтересованных в развитии и самореализации матери, продолжении в детях своего рода. В таких союзах отношения долговременны и сформированы не только временем, но и качеством отношений. Во всех проанализированных нами случаях отцы поддерживались матерью ребенка. Супружеское взаимодействие отличалось солидарностью и уважением друг к другу: "Если мы беремся за что-то, мы говорим друг другу одну-единственную фразу: "Я всегда с тобой, если будет нужно, я тебе всегда помогу, я всегда поддержу"" (Е., 30 лет, маркетолог, дети - 6 л., 4 г. 5 мес. и 1 г.). Жизненный сценарий отца подобного типа в западных исследованиях называют также генеративным, творческим [Snarey, 1993].

2. Пассивно-принимающие отцы. Отцы данного типа отличались:

  1. пассивностью в поддержке;

  2. позитивным отношением к матери в сочетании с недостаточной чувствительностью к ее потребностям;

  3. неопределенной мотивацией отцовства;

  4. преобладанием внесемейных ценностей;

  5. преимущественно женской ответственностью за рождение и воспитание детей;

  6. преимущественным выполнением роли кормильца/смешанными практиками;

  7. мотивацией к изменениям в отношении воспитания ребенка;

  8. регистрацией брака, как правило, после рождения ребенка и (или) в процессе беременности;

  9. установлением отцовства.

Отцы данного типа отличаются средней степенью ответственности, которая проявляется в недостаточной чувствительности к потребностям матери, фрагментарности и пассивности роли отца в заботе о ребенке, преобладании инструментальных практик отцовства. Их характеризует неопределенная мотивация рождения ребенка, неуверенность в выполнении родительской роли. Мужчина не готов к выполнению роли отца, что субъективно оценивается женщиной как "неготовность и растерянность". Репродуктивные установки партнеров, как правило, не согласованы, совместное желание иметь ребенка не проговаривается и не планируется. В таком типе отношений направление эмоциональной поддержки чаще идет от матери к отцу, а не наоборот. Отцы этого типа эмоционально привязаны к матери ребенка и поддерживаются ею, постепенно принимают новую роль. В авторитарном/иерархическом типе взаимодействия отношения между родителями более формальны, закрыты и прохладны. В целом, отношения и практики отцовства в данном кластере можно описать как проявления инфантильной или ситуативной идентичности отца, зависимой от жизненного контекста.

"Отец-ребенок" находится в браке с женщиной старше себя или ровесницей, обладающей властным характером, лидерскими качествами, ответственностью и уверенностью в себе. Мужчина доверяет матери ребенка, будучи ведомым в союзе с ответственной женщиной. Отличается неопределенной мотивацией отцовства, неуверенностью в своих силах и возможности справиться с ролью "кормильца семьи", что обусловлено сниженными ресурсами, объективными (низкими доходами, недостаточным уровнем образования и квалификации, неустойчивой занятостью) и субъективными (неуверенностью в себе, низкой самооценкой и др.). Решение о рождении ребенка принимает женщина, постепенно мотивируя мужчину: "У меня муж младше меня, он в какой-то мере еще мой ребенок. Я, конечно, ему во многом доверяю, но, мне кажется, я сильнее чуть-чуть. Сама решила родить второго, он поймет это немножко позже" (Т., 26 лет, преподаватель, сыну 4 г., в ожидании ребенка).

"Отстраненный отец" - ещё один тип адаптации к отцовству, которая распространяется на эмоциональную включенность и поддержку матери, в заботу только о здоровом ребенке. Ответственность за заботу о ребенке-инвалиде становится исключительно женской сферой: "У мужа контакта с младшим почти нет. Он только сделает все, что его попросишь, но заниматься и играть с младшим он не будет. Мужчина считает, что ребенок должен быть здоров" (О., 35 л., преподаватель, двое детей - 5 л. и 2 г.).

"Формалист" - практики отца данного типа проявляются в авторитарном стиле отношений, наличии жестких и фиксированных норм, в разделении ответственности и власти в семье, прямом контроле, в воспроизводстве гендерных отношений традиционного типа. По мнению матерей, отцы подобного типа нуждаются в поддержке и развитии эгалитарных практик поведения: "Мне сказать: "Помой посуду", - он устроит истерику. "Почему ты не успела? Кто из нас женщина, ты или я?"" (Н., 18 л., ребенок 6 мес).

"Звезда" - отец подобного типа сосредоточен на своих интересах, любит быть в центре внимания, душа любой компании. "С одной стороны, любит безумно и хочет помочь, а с другой - звезда, яркий человек, а звезда не может посуду мыть и пеленки стирать" (В., ребенок 2 мес).

"Трудоголик" - практики отца отражают его вовлеченность в профессиональную сферу, отношение к матери характеризуется эмоциональным минимализмом и рутинностью: "Папа у нас весь в работе. И это полный сдвиг. Он утром и ночью на работе, ему она снится, он что-то записывает, говорит по телефону. А мы всегда одни." (О., 27 л., в ожидании ребенка).

Первые две группы преимущественно включают мужчин, которые по формальному статусу (образованию, доходам) относятся к средним слоям и работают в отраслях современной экономики (информационных технологиях, банковском секторе, сфере услуг), предпринимателями и представляют современный креативный класс. Но есть и лица рабочих специальностей, работающие в бюджетной и коммерческой сферах. Объединяющим для всех фактором являются эмоциональные, наполненные привязанностью, любовью и доверием отношения с матерью, мужская ответственность и (или) разделение ответственности, заботы о ребенке/детях, позитивное отношение к отцовству.

3. Пассивно-отвергающие отцы. Характеристиками описания идентичности отцов данного типа стали:

  1. практики избегания заботы о матери и ребенке;

  2. преобладание внесемейных ценностей;

  3. неопределенное/отрицательное отношение к матери и нечувствительность к потребностям матери/ребенка;

  4. отрицательная мотивация отцовства;

  5. передача ответственности за рождение и воспитание детей матери;

  6. отношения, носящие формальный характер, по словам матерей, "равнодушия и цинизма";

  7. отказ от регистрации брака и установления отцовства;

  8. не выполнение функций кормильца и воспитателя;

  9. избегание оплаты алиментов и совместной опеки над ребенком после развода/разрыва отношений.

В профессиональной и социальной сфере отцы подобного типа могут быть вполне состоявшимися людьми. Их незрелость проявляется в реализации родительской роли, раскрывающейся в отчужденной идентичности отца. Решение о рождении ребенка принимается женщиной, она становится ответственной за воспитание новорожденного. Репродуктивные установки партнеров, как правило, не согласованы, совместное желание иметь ребенка не планируется. Мужчины рассматривают семью как хозяйственно-бытовой способ поддержания жизни, а дети не занимают в ней значимого места. Чаще всего родители живут в неформальных союзах, а в случае, если отношения между родителями ребенка регистрируются, после рождения детей и первых трудностей - разрываются. В исследованиях отцы этого типа были отнесены к группе "плохих" отцов и названы "неплательщиками алиментов", "недобросовестными отцами", "отсутствующими отцами" [Marks, Palkovitz, 2004; Гурко, 2008а]. Опишем образы и портреты пассивно-отвергающих отцов.

"Прагматики" - отцы, формально выполняя функцию материального обеспечения семьи, не желали регистрировать брак и юридически устанавливать отцовство, проявляли минимальную заботу о малыше и матери. Особенностями данного типа отцовства является доминирование интересов в сфере профессиональной деятельности, дефицит чувств и формальный характер отношений: "Муж, который не поддерживал абсолютно. Вроде бы хотел сам, сам на этом настоял. А потом получилось, как будто это ему нужно было для галочки какой-то. Отметиться, что у него все было - семья, дети. На самом деле он занимался своей жизнью" (Е., 27 л., парикмахер, ребенок - 1 г. 10 мес).

"Незрелые" отцы уходили из семьи после рождения ребенка при первых трудностях. Отношения в таких союзах не регистрировались: "Я думала, что после рождения ребенка все изменится. Но у него отношение такое: ему ничего, кроме друзей его, не надо" (О., 33 г., помощник воспитателя, двое детей).

"Стигматизирующий отец" - отец ребенка-инвалида. Отцы, как правило, уходили из семьи, оставляя женщину одну в ситуации рождения ребенка с нарушениями здоровья. Они испытывали трудности идентификации с ролью мужа и отца, проявляли незаинтересованность и эгоизм, нежелание поддерживать мать и иметь ребенка с физическими нарушениями. Открыто признавали невозможность для себя нести материальные расходы и психологические трудности, не верили в перспективы выздоровления малыша: "Он говорил: "Я такого ребенка не хочу!". Ни вовремя алименты привезти, ни ребенка навестить" (Н., 32 г., продавец-кассир, ребенок-инвалид 1,2 мес). В другом варианте отец стигматизирует молодую мать, обвиняя ее в неспособности быть "хорошей матерью", что формирует комплекс родительской неуверенности и тревожности.

"Эгоист" - мужчины этого типа предпочитали жить в одиночку, не стремясь к разделению ответственности, а главное, жертвовать свое время, силы, ресурсы в заботу о матери и ребенке: "Вырос огромным эгоистом. Не научили его ни самому о себе позаботиться, ни говорить спасибо, ни испытывать чувство признательности за помощь" (Н., 24 г., ребенок - 5 мес).

"Зависимый отец". Пьющие мужчины не смогли состояться как отцы, поскольку отказывались от обязательств по отношению к беременной жене. Зависимые отцы запивали почти сразу после рождения ребенка или при столкновении с первыми трудностями: "Муж не желал этого ребенка, он сказал это открыто. Он нам и алиментов не платил. Я его выгнала" (Н., 33 г., домохозяйка, разведена, дети- инвалиды - 1 г. Змее и 3 г.). К данному типу можно отнести и созависимых отцов, которые во всем следовали советам авторитарной матери.

"Мигрант" - отцы данного типа относятся к приезжающим в Россию на заработки, имеющим, как правило, в своей стране семью, с которой они поддерживают тесные эмоциональные связи, несут финансовую ответственность и заботу о пожилых родителях, жене и детях. Цель некоторых из них лежит в плоскости корыстных интересов, в организации приватной жизни, бытовых удобств, организации питания. В числе жен таких мужчин оказываются женщины социально уязвимых групп (воспитанницы детских домов, одинокие молодые женщины, приезжие женщины из других регионов России), находящиеся в трудной жизненной ситуации, обладающие социальной незрелостью, неумением постоять за себя, отсутствием жизненного опыта. В отдельных случаях рождение ребенка может провоцировать заключение фиктивного брака и способствовать быстрому получению гражданства.

4. Активно-отвергающие отцы. Характеристиками данного типа отцовства выступали:

  1. отказ в поддержке матери;

  2. практики отвержения матери и ребенка (принуждение к аборту, проявление насилия, раздельное проживание с матерью во время беременности/после рождения ребенка, пропажа отца);

  3. негативное отношение к матери, в т.ч. проявление недоверия ("не мой, нагуляла где-то");

  4. отрицательная мотивация отцовства;

  5. внесемейные ценности;

  6. отчужденные отношения с матерью;

  7. безответственность/передача ответственности за рождение и воспитание детей матери;

  8. отказ от регистрации брака и установления отцовства;

  9. невыполнение функций кормильца и воспитателя.

Большинство мужчин этой группы отнесены нами к социально исключенным, с дефицитом индивидуальных и семейных ресурсов, разрывом социальных связей и негативной идентичностью отца. Типологическая картина активно-отвергающих отцов представлена несколькими основными образами.

"Жестокие отцы": настаивали на аборте, становились агрессивными и жестокими, когда женщина отказывалась от прерывания беременности, проявляли склонность к насилию и стремились избавиться от ребенка. Многие из них утратили связи с близкими и родственниками и "чувствовали себя чужими", вырванными из контекста своей среды. Среди них немало людей без высшего образования и устойчивой социальной позиции, не располагающих собственным жильем, имеющих временную занятость. У одних взаимоотношения с матерью ребенка, как правило, находились в плоскости сексуальных отношений, нестабильных и временных, не подразумевающих создание семьи и рождение детей. Другие находились в браке, но были не готовы к рождению ребенка, а главное - к заботе и поддержке матери: "Он бил меня сильно. Я не могу сделать аборт, потому что я чувствую, что он там шевелится, сердце бьется, я не смогу просто" (Ю., 28 л., безработная, в ожидании ребенка).

"Суррогатный отец". Ценности мужчин этого типа, по описаниям матерей, связаны с выживанием или материальным вознаграждением. Нежелание иметь ребенка трансформируется в способ извлечения прибыли от его рождения. В случаях, где мы встречали установку на продажу новорожденного, мужчины чаще были старше партнерш, не имели высшего образования и характеризовались неустойчивой профессиональной занятостью. "Он говорил: "Либо аборт делай, либо давай суррогатной матерью! Можно продать ребенка, все польза будет"" (Р., 19 лет, учащаяся, дочь - 2 года).

"Гедонист". Стратегией мужчины в этом случае становится избегание ответственности за заботу о матери и ребенке, нежелание приносить в жертву личный комфорт, свободное время, стиль жизни. Как правило, такие отцы выросли единственными в семье или воспитаны одинокой матерью. Часть из них не имела высшего образования и высокой квалификации. Хотя в основном практику избегания демонстрировали образованные и успешные в профессиональной сфере люди. Главной ценностью для них является свобода и независимость от обязательств. Мужчины этого типа предпочитают жить в неформальных союзах, не обременяют себя: "У меня начался токсикоз, угроза выкидыша, а человек требовал повышенного внимания, чтобы я все свое время уделяла только ему" (Ю., 35 лет, служащая, в ожидании ребенка).

"Иждивенец или отец на содержании". Особенностью этого типа отцовства становится инверсия ролей, когда мужчина предполагает, что женщина должна содержать и поддерживать его, а не ребенка. Такие отцы опираются на ценности субкультуры одиноких молодых мужчин, имеющих сходные взгляды. В подобных случаях инициатива разрыва отношений чаще всего исходит от матери ребенка. Доминирующей идеей отца становится стремление избавиться от ребенка, даже тогда, когда его жизнь можно ощутить по шевелению плода и биению сердца: "Если бы я с ним расписалась, мне бы пришлось не то, чтобы с ним жить, а его содержать. До 6 недель мы искали, думали прерывание делать даже в 20 недель" (Н., 25 л., домохозяйка, ребенок - 1,3 мес).

"Неадаптивный отец": "Мне самому есть нечего!". Главная черта этого типа мужчин - неспособность адаптироваться к социальной жизни, преодолевать трудности, самостоятельно находить источники доходов. По-видимому, отец данного типа ощущает ответственность за материальное обеспечение матери и ребенка, но оправдать возлагаемые на него матерью и социальным окружением ожидания не может: "Он настаивал на аборте. Я все так по-хорошему, ни алименты, не стала доказывать отцовство. А он: "Мне самому есть нечего! Работы нет". И пропал" (С, 34 г., продавец-консультант, двое детей - 10 и 1 г. 7 мес).

"Отец одного ребенка". Избегание ответственности за рождение ребенка и нежелание заботиться о матери, объясняемое тем, что у него уже есть один ребенок. Для отца данного типа характерны низкая ценность человеческой жизни, детей и отцовства: "Когда я отказалась делать аборт, встал вопрос - либо сохранять отношения с человеком, значит сделать аборт, либо сохранить ребенка. Я променяла - мужа на ребенка. Он наотрез сказал: "У меня есть один ребенок, я больше детей не хочу ""(Е., 35 л., не замужем, дворник, двое детей - 15 л. и 2 г.).

"Просто прохожий". Такие отцы пропадали так же легко, как и появлялись, не оставляя ни имени, ни фамилии, ни телефона для связи, не устанавливали юридического отцовства, не поддерживали отношений с матерью ребенка, не принимали участия в материальных расходах. В отношениях с матерью ребенка доминировали мотивы флирта, легких сексуальных связей, не нуждающихся в продолжении: "Мы расстались, когда я была беременна, поэтому он ни разу не видел ребенка. Он не хотел ребенка, он просто пропал" (К., 33 г., помощник воспитателя, не замужем, ребенок - 2 г.).

Таким образом, часть активно-отвергающих и пассивно-отвергающих отцов имеют достаточно бедные социально-экономические и культурные ресурсы, низкий уровень образования и квалификации, неустойчивую занятость, непостоянный заработок, фрагментарные семейные связи и зависимость от окружения. На другом полюсе те, кто, напротив, отличается высоким формальным статусом, высоким уровнем образования, устойчивой профессиональной занятостью, самодостаточностью и автономностью. Тех и других объединяет отчужденный характер отношений с матерью ребенка, проявляемый в эмоциональной бедности, отсутствии чувства отцовства. Являясь биологическими отцами, они не осознают родительскую идентичность и не соглашаются с новой для них социальной ролью.

Важным выводом является понимание того, что степень зрелости и ответственности отца не являются неизменными характеристиками. Возможности их развития взаимосвязаны с ответственностью и зрелостью матери. Достижение идентичности отца, его зрелости и ответственности - это динамичный и развивающийся процесс, скорость протекания которого зависит от множества факторов, в т.ч. отношений с матерью, родительской семьей, друзьями, коллегами по работе, мужскими сообществами, гражданским обществом, от экономической ситуации и социальной политики. Возможностью для институциональных, структурных и социокультурных изменений в формировании зрелого ответственного отцовства может стать новая семейная и демографическая политика, которая должна быть дифференцированной, учитывать потребности различных групп молодых родителей, обладающих разными социальными ресурсами.