Slide 2
RU
RU

Уважаемое гей-сообщество: ваши дети изранены

Я любила партнершу моей мамы, но другая мама никогда не могла заменить отца, которого я потеряла.

Гей-сообщество, я твоя дочь. Моя мама воспитывала меня с ее однополым партнером еще в 80-х и 90-х годах. Она и мой папа пробыли в браке недолго. Она знала о своей гомосексуальной ориентации до того, как они поженились, но тогда все было по-другому. Вот как я оказалась здесь. И, как вы можете себе представить, это было сложно. Она оставила его, когда мне было два или три годика, потому что хотела быть счастлива с тем, кого она действительно любила: женщиной.
Мой папа не был хорошим парнем, и после того, как она оставила его, он больше не беспокоился на мой счёт.

Помните ли вы книгу: «У Хизер есть две мамы»? Это была моя жизнь. Моя мама, ее партнерша, и я жили в уютном маленьком домике на «окраинах очень либеральной и прогрессивной местности». Ее партнерша относилась ко мне так, как будто я ее дочь. Вместе с партнершей моей мамы я также приобщилась к ее сплоченной общине друзей-геев и лесбиянок. Или, может быть, они приобщили меня?

В любом случае, я все еще чувствую, что гей-люди - это мои люди. Я так многому научилась у вас. Вы научили меня, как быть храброй, особенно когда это сложно. Вы научили меня сопереживанию. Вы научили меня слушать. И танцевать. Вы научили меня не бояться отличий. И вы научили меня, как отстаивать свои взгляды, даже если это означает, остаться одной.

Я пишу вам, потому что я решила выйти из укрытия: я не поддерживаю гей-браки. Но не по тем причинам, о которых вы можете подумать.

Дети нуждаются и в матери и в отце

Не потому, что вы геи. Ведь я так сильно люблю вас. Но из-за характера однополых отношений. 

По-мере взросления, и даже в свои 20 лет, я выступала в поддержку гомосексуального брака. И только спустя некоторое время, озираясь на своё детство, я могу задуматься о своем опыте и осознать долгосрочные последствия, которые оказало на меня однополое воспитание. Только сейчас, когда я каждый день наблюдаю, как мои дети любят своего отца, и как любит отец их, я вижу всю красоту и мудрость традиционного брака и воспитания детей в нём.

Воспитание в однополых браках лишает ребёнка матери или отца, говоря ему или ей, что это не имеет значения. Мол, все равно. Но это не так. Многие из нас, многие ваши дети, изранены. Отсутствие моего отца создало огромную дыру во мне, и я каждый день страдала из-за этого. Я любила партнершу моей мамы, но другая мама никогда не могла заменить мне отца, которого я потеряла.

Я выросла в окружении женщин, которые сказали, что им не нужен мужчина. Но как маленькая девочка, я так отчаянно хотела иметь папу. Это было так странно и запутано, когда ты живёшь с глубокой, мучительной, неутолимой жаждой отца, будучи частью сообщества, в котором говорится, что отец не нужен. Были времена, когда я так злилась на моего отца потому, что он не захотел быть со мной, а потом ненавидела саму себя из-за этого. Во мне до сих пор остались раны, которые болят от этой утраты.

Я не говорю, что вы не можете быть хорошими родителями. Вы можете. У меня были одни из лучших. Я также не говорю, что воспитание гетеросексуальными родителями гарантирует, что все будет хорошо. Мы знаем, что существует множество причин, по которым семья может разрушиться и заставить детей страдать: развод, отказ, неверность, злоупотребление, смерть и т.д. Но в целом самая лучшая и успешная семейная структура - это та, в которой дети воспитываются как их матерью, так и их отцом.

Почему дети гомосексуалистов не могут быть честными?

Гей-брак не просто видоизменяет супружество, но и воспитывает детей. Он приводит к появлению иной структуры семьи, которая неизбежно отрицает нечто, для нас, ваших детей, ценное и фундаментальное. Он лишает нас того, в чём мы нуждаемся, и в то же время говорит нам, что нам не нужно то, чего мы так естественно жаждем. Что с нами все будет хорошо. Но это не так. Нам больно.

Дети разведенных родителей могут сказать: «Эй, мама и папа, я люблю вас, но я раздавлен и мне тяжело от вашего развода. Я утратил доверие, и меня гнетёт чувство вины. Это так тяжело жить на два разных дома». Усыновленные дети могут сказать: «Привет, приемные родители, я люблю вас. Но мне это даётся не легко. Я страдаю, потому что мои отношения с моими первыми родителями разрушены. Я смущен, и я скучаю по ним, хотя никогда их не встречал».

Но детям однополых родителей не дали равного голоса. Я не только про себя. Нас таких очень много. Многие из нас слишком боятся говорить о нашей зияющей ране, потому что по какой-то причине кажется, что вы не слушаете. Что вы не хотите слышать. Если мы говорим, что у нас болит, потому что мы были воспитаны однополыми родителями, нас либо игнорируют, либо называют гомофобами.

Это вообще не про ненависть. Я знаю, что вы понимаете боль, когда на тебя вешают ярлык того, кем ты не являешься, и боль, когда этот ярлык используется для манипуляций или с целью заставить вас замолчать. И я знаю, что вы на самом деле испытали ненависть на себе, и что вы на самом деле пережили эту боль. Я была там, на маршах, где они поднимали плакаты, на которых говорилось: «Бог ненавидит лесбиянок» и «СПИД вылечивает гомосексуализм». Я плакала и негодовала на улицах вместе с вами. Но ведь это не я. Это не мы.

Я знаю, что это трудный разговор. Но мы должны поговорить об этом. Если кто-то и может говорить о тяжёлых вопросах, это мы. Вы научили меня этому.

Хизер Барвик была воспитана ее матерью и ее партнером одного пола. Она бывший защитник гомосексуальных браков, активист по правам детей. Она жена и мать четырех необузданных детей.

Автор: Хизер Барвик

Источник: The FEDERALIST

 

Отцы глазами женщин

В 2013 году в научном журнале СоцИС, вышла публикация кандидата социологических наук, доцента кафедры социологии политических и социальных процессов Санкт-Петербургского государственного университета, Безруковой Ольги Николаевны.

В своей публикации "Отцовство в трансформирующемся обществе: ожидания матерей и практики отцов", Ольга Николаевна поделилась эмпирическими данными полученными в результате исследований потребностей матерей в поддержке отцов. За время исследования было опрошено в общей сложности 135 женщин.

В результате этой работы, автором было определено 25 типажей отцов, которые в свою очередь были отнесены к четырём основным категориям отражающим их отношение к принятию своего отцовства: активно-принимающие, пассивно-принимающие, пассивно-отвергающие и активно-отвергающие.

Ниже мы представляем выдержки из этой публикации.

Рис. Типы отцов

1. Активно-принимающих отцов отличает:

  1. активность в поддержке матери и ребенка;

  2. сочетание традиционных и новых практик заботы о матери и детях;

  3. положительная мотивация отцовства и осознанное желание иметь детей;

  4. высокая ценность детей и семьи;

  5. теплые и доверительные отношения с матерью, сензитивность к ее потребностям;

  6. принятие ответственности отцом/разделение ответственности между отцом и матерью за рождение и воспитание детей;

  7. партнерский и (или) традиционный характер гендерных отношений;

  8. регистрация брака;

  9. признание отцовства.

Для отцов подобного типа характерна зрелая идентичность отца. Кластер активно-принимающих отцов включает отцов традиционного и современного типа. В первой группе традиционного отцовства преобладают мужчины, находящиеся в пределах ролевого поведения модели традиционной маскулинности. Отцы этого типа - руководители семьи, отцы "старых времен", заботятся о семье как кормильцы, добытчики и защитники [Кон, 2009: 312 - 313]. В отношениях с женой они демонстрируют доминантность, специфические, присущие лидеру семьи практики поведения. Мужчины этого типа воспитывались в традиционной семейной культуре, с традициями полной безразводной семьи с несколькими детьми в предыдущих поколениях, с четко дифференцированными женскими и мужскими ролями. Рождение детей для мужчин такого типа несет глубокий смысл и безусловное принятие. Они остро чувствуют свою ответственность за принятие важных семейных решений. Один из образов традиционного отцовства - 'Труженик", проявляется в практиках трудолюбия, оптимистичности, деловой хватки и адаптивности: "Когда узнала, растерялась от неожиданности. Муж сказал, что будем рожать, он принял решение. Он очень работящий мужчина, и какой бы кризис ни был, он всегда постарается выход найти" (Д., 30 л., воспитатель, в ожидании третьего ребенка). Такое же отношение к ситуации проявил другой отец традиционного типа - "Верующий": "Муж поддержал однозначно. У меня муж православный верующий, может быть, даже больше, чем я. Один однозначный ответ, что все сохраняется, и растим, как уж есть" (О., 32 г., швея, в ожидании третьего ребенка).

К современным типам отцов с маскулинной идентичностью отца нового типа [Pleck 1997; Кон, 2009], мы отнесли тех, кто раскрывал себя в новых социальных практиках, включая репродуктивные, коммуникативные, гендерные, родительские и гражданские [Безрукова, 2012]. "Ответственный"- отцы этого типа рациональны, планируют профессиональную и семейную жизнь. Рождение ребенка является во многом взаимным решением родителей, и чаще всего осуществляется только тогда, когда мужчина готов к отцовству и может взять на себя или разделить ответственность с матерью ребенка. Опыт заботы о жене и маленьком ребенке многие из них получили в своих семьях, воспитывая наравне с родителями младших братьев и сестер. Уверенность в своих силах основывается на объективной оценке своих возможностей, прежде всего, в финансовом обеспечении семьи, и является одним из ключевых факторов принятия решения о рождении ребенка. Они обретают идентичность отца в совместных занятиях с другими отцами в мужских клубах и группах поддержки, участвуют в родах, сами передают свой опыт будущим отцам [Еремин, 2010; Безрукова, 2012]. Принадлежат к представителям среднего слоя, хорошо образованы, выросли в полных семьях с эгалитарным укладом. Такие отцы отличались желанием не просто родить, но и воспитывать ребенка. Отличительная особенность становления вовлеченного отца - активная роль матери: "Мы вместе фильмы смотрели в интернете, на УЗИ ходили, потом в семейные группы подготовки к родам, и он так всем проникся! Он ... пылинки с меня сдувает" (С., 26 лет, администратор, в ожидании ребенка).

"Особый отец особого ребенка". Отцы этого типа отличались эмоциональной привязанностью к матери и детям, теплыми и открытыми отношениями с матерью ребенка, желанием вкладывать материальные и психологические ресурсы для своего малыша. Во многом семейный настрой такого мужчины зависел от доминирования семейных и детоцентристских ценностей, социальной зрелости, ответственности за семью и ребенка. Отцы этого типа либо родились в многодетных семьях, были старшими в семье, или имели опыт заботы о брате или сестре. Часть из них сами преодолели жизненные трудности - развод или смерть родителей, бедность, участие в военных действиях. Обладая личностными и жизненными ресурсами, вовлеченные и участвующие в поддержке мужчины стремятся сделать всѐ для жены и ребенка. А главное - способствовали тому, что ребенок с ограниченными возможностями оставался в родной семье.

"Эгалитарный"- вариант ответственного отцовства: развивающийся тип мужчины, который берет на себя ответственность за воспитание ребенка, делит поровну с женой домашние обязанности, в случае необходимости может заменить жену в уходе и заботе о ребенке, используя родительский отпуск. Отцы этого типа характеризуются молодыми мамами как любящие и заботливые, вовлеченные в уход за детьми, в общение и игры с ребенком, как ответственные за благополучие семьи и воспитание. Именно такой тип поведения, отличительная особенность которого - реализация принципа эгалитарности во всех аспектах родительской роли, можно отнести к модели отца нового типа [Клецина, 2009, Рождественская, 2010; Безрукова, 2012]: "Муж помогает больше всего. Ну, он и с ребенком может посидеть, и на прогулку может выйти, и подмыть, и покормить, все может. Только не может грудью кормить и родить. И материально, он финансирует нашу семью" (А., 27 лет, реставратор, ребенок - 8 месяцев).

"Творец"- отцы этого типа отличаются положительной мотивацией отцовства, установками на многодетность. Их отличает энергия созидания и преобразования жизни вокруг себя, которая распространяется на профессиональную, как правило, свободную творческую деятельность (предприниматели, представители свободных профессий) и на создание своего пространства отношений, "доверия, уважения и любви". На первый взгляд отцы этого типа традиционны, тяготеют к лидерству в семье. Это поколение мужчин с новой идентичностью можно охарактеризовать как отцов, испытывающих потребность в любви и заботе о своих супругах и детях, заинтересованных в развитии и самореализации матери, продолжении в детях своего рода. В таких союзах отношения долговременны и сформированы не только временем, но и качеством отношений. Во всех проанализированных нами случаях отцы поддерживались матерью ребенка. Супружеское взаимодействие отличалось солидарностью и уважением друг к другу: "Если мы беремся за что-то, мы говорим друг другу одну-единственную фразу: "Я всегда с тобой, если будет нужно, я тебе всегда помогу, я всегда поддержу"" (Е., 30 лет, маркетолог, дети - 6 л., 4 г. 5 мес. и 1 г.). Жизненный сценарий отца подобного типа в западных исследованиях называют также генеративным, творческим [Snarey, 1993].

2. Пассивно-принимающие отцы. Отцы данного типа отличались:

  1. пассивностью в поддержке;

  2. позитивным отношением к матери в сочетании с недостаточной чувствительностью к ее потребностям;

  3. неопределенной мотивацией отцовства;

  4. преобладанием внесемейных ценностей;

  5. преимущественно женской ответственностью за рождение и воспитание детей;

  6. преимущественным выполнением роли кормильца/смешанными практиками;

  7. мотивацией к изменениям в отношении воспитания ребенка;

  8. регистрацией брака, как правило, после рождения ребенка и (или) в процессе беременности;

  9. установлением отцовства.

Отцы данного типа отличаются средней степенью ответственности, которая проявляется в недостаточной чувствительности к потребностям матери, фрагментарности и пассивности роли отца в заботе о ребенке, преобладании инструментальных практик отцовства. Их характеризует неопределенная мотивация рождения ребенка, неуверенность в выполнении родительской роли. Мужчина не готов к выполнению роли отца, что субъективно оценивается женщиной как "неготовность и растерянность". Репродуктивные установки партнеров, как правило, не согласованы, совместное желание иметь ребенка не проговаривается и не планируется. В таком типе отношений направление эмоциональной поддержки чаще идет от матери к отцу, а не наоборот. Отцы этого типа эмоционально привязаны к матери ребенка и поддерживаются ею, постепенно принимают новую роль. В авторитарном/иерархическом типе взаимодействия отношения между родителями более формальны, закрыты и прохладны. В целом, отношения и практики отцовства в данном кластере можно описать как проявления инфантильной или ситуативной идентичности отца, зависимой от жизненного контекста.

"Отец-ребенок" находится в браке с женщиной старше себя или ровесницей, обладающей властным характером, лидерскими качествами, ответственностью и уверенностью в себе. Мужчина доверяет матери ребенка, будучи ведомым в союзе с ответственной женщиной. Отличается неопределенной мотивацией отцовства, неуверенностью в своих силах и возможности справиться с ролью "кормильца семьи", что обусловлено сниженными ресурсами, объективными (низкими доходами, недостаточным уровнем образования и квалификации, неустойчивой занятостью) и субъективными (неуверенностью в себе, низкой самооценкой и др.). Решение о рождении ребенка принимает женщина, постепенно мотивируя мужчину: "У меня муж младше меня, он в какой-то мере еще мой ребенок. Я, конечно, ему во многом доверяю, но, мне кажется, я сильнее чуть-чуть. Сама решила родить второго, он поймет это немножко позже" (Т., 26 лет, преподаватель, сыну 4 г., в ожидании ребенка).

"Отстраненный отец" - ещё один тип адаптации к отцовству, которая распространяется на эмоциональную включенность и поддержку матери, в заботу только о здоровом ребенке. Ответственность за заботу о ребенке-инвалиде становится исключительно женской сферой: "У мужа контакта с младшим почти нет. Он только сделает все, что его попросишь, но заниматься и играть с младшим он не будет. Мужчина считает, что ребенок должен быть здоров" (О., 35 л., преподаватель, двое детей - 5 л. и 2 г.).

"Формалист" - практики отца данного типа проявляются в авторитарном стиле отношений, наличии жестких и фиксированных норм, в разделении ответственности и власти в семье, прямом контроле, в воспроизводстве гендерных отношений традиционного типа. По мнению матерей, отцы подобного типа нуждаются в поддержке и развитии эгалитарных практик поведения: "Мне сказать: "Помой посуду", - он устроит истерику. "Почему ты не успела? Кто из нас женщина, ты или я?"" (Н., 18 л., ребенок 6 мес).

"Звезда" - отец подобного типа сосредоточен на своих интересах, любит быть в центре внимания, душа любой компании. "С одной стороны, любит безумно и хочет помочь, а с другой - звезда, яркий человек, а звезда не может посуду мыть и пеленки стирать" (В., ребенок 2 мес).

"Трудоголик" - практики отца отражают его вовлеченность в профессиональную сферу, отношение к матери характеризуется эмоциональным минимализмом и рутинностью: "Папа у нас весь в работе. И это полный сдвиг. Он утром и ночью на работе, ему она снится, он что-то записывает, говорит по телефону. А мы всегда одни." (О., 27 л., в ожидании ребенка).

Первые две группы преимущественно включают мужчин, которые по формальному статусу (образованию, доходам) относятся к средним слоям и работают в отраслях современной экономики (информационных технологиях, банковском секторе, сфере услуг), предпринимателями и представляют современный креативный класс. Но есть и лица рабочих специальностей, работающие в бюджетной и коммерческой сферах. Объединяющим для всех фактором являются эмоциональные, наполненные привязанностью, любовью и доверием отношения с матерью, мужская ответственность и (или) разделение ответственности, заботы о ребенке/детях, позитивное отношение к отцовству.

3. Пассивно-отвергающие отцы. Характеристиками описания идентичности отцов данного типа стали:

  1. практики избегания заботы о матери и ребенке;

  2. преобладание внесемейных ценностей;

  3. неопределенное/отрицательное отношение к матери и нечувствительность к потребностям матери/ребенка;

  4. отрицательная мотивация отцовства;

  5. передача ответственности за рождение и воспитание детей матери;

  6. отношения, носящие формальный характер, по словам матерей, "равнодушия и цинизма";

  7. отказ от регистрации брака и установления отцовства;

  8. не выполнение функций кормильца и воспитателя;

  9. избегание оплаты алиментов и совместной опеки над ребенком после развода/разрыва отношений.

В профессиональной и социальной сфере отцы подобного типа могут быть вполне состоявшимися людьми. Их незрелость проявляется в реализации родительской роли, раскрывающейся в отчужденной идентичности отца. Решение о рождении ребенка принимается женщиной, она становится ответственной за воспитание новорожденного. Репродуктивные установки партнеров, как правило, не согласованы, совместное желание иметь ребенка не планируется. Мужчины рассматривают семью как хозяйственно-бытовой способ поддержания жизни, а дети не занимают в ней значимого места. Чаще всего родители живут в неформальных союзах, а в случае, если отношения между родителями ребенка регистрируются, после рождения детей и первых трудностей - разрываются. В исследованиях отцы этого типа были отнесены к группе "плохих" отцов и названы "неплательщиками алиментов", "недобросовестными отцами", "отсутствующими отцами" [Marks, Palkovitz, 2004; Гурко, 2008а]. Опишем образы и портреты пассивно-отвергающих отцов.

"Прагматики" - отцы, формально выполняя функцию материального обеспечения семьи, не желали регистрировать брак и юридически устанавливать отцовство, проявляли минимальную заботу о малыше и матери. Особенностями данного типа отцовства является доминирование интересов в сфере профессиональной деятельности, дефицит чувств и формальный характер отношений: "Муж, который не поддерживал абсолютно. Вроде бы хотел сам, сам на этом настоял. А потом получилось, как будто это ему нужно было для галочки какой-то. Отметиться, что у него все было - семья, дети. На самом деле он занимался своей жизнью" (Е., 27 л., парикмахер, ребенок - 1 г. 10 мес).

"Незрелые" отцы уходили из семьи после рождения ребенка при первых трудностях. Отношения в таких союзах не регистрировались: "Я думала, что после рождения ребенка все изменится. Но у него отношение такое: ему ничего, кроме друзей его, не надо" (О., 33 г., помощник воспитателя, двое детей).

"Стигматизирующий отец" - отец ребенка-инвалида. Отцы, как правило, уходили из семьи, оставляя женщину одну в ситуации рождения ребенка с нарушениями здоровья. Они испытывали трудности идентификации с ролью мужа и отца, проявляли незаинтересованность и эгоизм, нежелание поддерживать мать и иметь ребенка с физическими нарушениями. Открыто признавали невозможность для себя нести материальные расходы и психологические трудности, не верили в перспективы выздоровления малыша: "Он говорил: "Я такого ребенка не хочу!". Ни вовремя алименты привезти, ни ребенка навестить" (Н., 32 г., продавец-кассир, ребенок-инвалид 1,2 мес). В другом варианте отец стигматизирует молодую мать, обвиняя ее в неспособности быть "хорошей матерью", что формирует комплекс родительской неуверенности и тревожности.

"Эгоист" - мужчины этого типа предпочитали жить в одиночку, не стремясь к разделению ответственности, а главное, жертвовать свое время, силы, ресурсы в заботу о матери и ребенке: "Вырос огромным эгоистом. Не научили его ни самому о себе позаботиться, ни говорить спасибо, ни испытывать чувство признательности за помощь" (Н., 24 г., ребенок - 5 мес).

"Зависимый отец". Пьющие мужчины не смогли состояться как отцы, поскольку отказывались от обязательств по отношению к беременной жене. Зависимые отцы запивали почти сразу после рождения ребенка или при столкновении с первыми трудностями: "Муж не желал этого ребенка, он сказал это открыто. Он нам и алиментов не платил. Я его выгнала" (Н., 33 г., домохозяйка, разведена, дети- инвалиды - 1 г. Змее и 3 г.). К данному типу можно отнести и созависимых отцов, которые во всем следовали советам авторитарной матери.

"Мигрант" - отцы данного типа относятся к приезжающим в Россию на заработки, имеющим, как правило, в своей стране семью, с которой они поддерживают тесные эмоциональные связи, несут финансовую ответственность и заботу о пожилых родителях, жене и детях. Цель некоторых из них лежит в плоскости корыстных интересов, в организации приватной жизни, бытовых удобств, организации питания. В числе жен таких мужчин оказываются женщины социально уязвимых групп (воспитанницы детских домов, одинокие молодые женщины, приезжие женщины из других регионов России), находящиеся в трудной жизненной ситуации, обладающие социальной незрелостью, неумением постоять за себя, отсутствием жизненного опыта. В отдельных случаях рождение ребенка может провоцировать заключение фиктивного брака и способствовать быстрому получению гражданства.

4. Активно-отвергающие отцы. Характеристиками данного типа отцовства выступали:

  1. отказ в поддержке матери;

  2. практики отвержения матери и ребенка (принуждение к аборту, проявление насилия, раздельное проживание с матерью во время беременности/после рождения ребенка, пропажа отца);

  3. негативное отношение к матери, в т.ч. проявление недоверия ("не мой, нагуляла где-то");

  4. отрицательная мотивация отцовства;

  5. внесемейные ценности;

  6. отчужденные отношения с матерью;

  7. безответственность/передача ответственности за рождение и воспитание детей матери;

  8. отказ от регистрации брака и установления отцовства;

  9. невыполнение функций кормильца и воспитателя.

Большинство мужчин этой группы отнесены нами к социально исключенным, с дефицитом индивидуальных и семейных ресурсов, разрывом социальных связей и негативной идентичностью отца. Типологическая картина активно-отвергающих отцов представлена несколькими основными образами.

"Жестокие отцы": настаивали на аборте, становились агрессивными и жестокими, когда женщина отказывалась от прерывания беременности, проявляли склонность к насилию и стремились избавиться от ребенка. Многие из них утратили связи с близкими и родственниками и "чувствовали себя чужими", вырванными из контекста своей среды. Среди них немало людей без высшего образования и устойчивой социальной позиции, не располагающих собственным жильем, имеющих временную занятость. У одних взаимоотношения с матерью ребенка, как правило, находились в плоскости сексуальных отношений, нестабильных и временных, не подразумевающих создание семьи и рождение детей. Другие находились в браке, но были не готовы к рождению ребенка, а главное - к заботе и поддержке матери: "Он бил меня сильно. Я не могу сделать аборт, потому что я чувствую, что он там шевелится, сердце бьется, я не смогу просто" (Ю., 28 л., безработная, в ожидании ребенка).

"Суррогатный отец". Ценности мужчин этого типа, по описаниям матерей, связаны с выживанием или материальным вознаграждением. Нежелание иметь ребенка трансформируется в способ извлечения прибыли от его рождения. В случаях, где мы встречали установку на продажу новорожденного, мужчины чаще были старше партнерш, не имели высшего образования и характеризовались неустойчивой профессиональной занятостью. "Он говорил: "Либо аборт делай, либо давай суррогатной матерью! Можно продать ребенка, все польза будет"" (Р., 19 лет, учащаяся, дочь - 2 года).

"Гедонист". Стратегией мужчины в этом случае становится избегание ответственности за заботу о матери и ребенке, нежелание приносить в жертву личный комфорт, свободное время, стиль жизни. Как правило, такие отцы выросли единственными в семье или воспитаны одинокой матерью. Часть из них не имела высшего образования и высокой квалификации. Хотя в основном практику избегания демонстрировали образованные и успешные в профессиональной сфере люди. Главной ценностью для них является свобода и независимость от обязательств. Мужчины этого типа предпочитают жить в неформальных союзах, не обременяют себя: "У меня начался токсикоз, угроза выкидыша, а человек требовал повышенного внимания, чтобы я все свое время уделяла только ему" (Ю., 35 лет, служащая, в ожидании ребенка).

"Иждивенец или отец на содержании". Особенностью этого типа отцовства становится инверсия ролей, когда мужчина предполагает, что женщина должна содержать и поддерживать его, а не ребенка. Такие отцы опираются на ценности субкультуры одиноких молодых мужчин, имеющих сходные взгляды. В подобных случаях инициатива разрыва отношений чаще всего исходит от матери ребенка. Доминирующей идеей отца становится стремление избавиться от ребенка, даже тогда, когда его жизнь можно ощутить по шевелению плода и биению сердца: "Если бы я с ним расписалась, мне бы пришлось не то, чтобы с ним жить, а его содержать. До 6 недель мы искали, думали прерывание делать даже в 20 недель" (Н., 25 л., домохозяйка, ребенок - 1,3 мес).

"Неадаптивный отец": "Мне самому есть нечего!". Главная черта этого типа мужчин - неспособность адаптироваться к социальной жизни, преодолевать трудности, самостоятельно находить источники доходов. По-видимому, отец данного типа ощущает ответственность за материальное обеспечение матери и ребенка, но оправдать возлагаемые на него матерью и социальным окружением ожидания не может: "Он настаивал на аборте. Я все так по-хорошему, ни алименты, не стала доказывать отцовство. А он: "Мне самому есть нечего! Работы нет". И пропал" (С, 34 г., продавец-консультант, двое детей - 10 и 1 г. 7 мес).

"Отец одного ребенка". Избегание ответственности за рождение ребенка и нежелание заботиться о матери, объясняемое тем, что у него уже есть один ребенок. Для отца данного типа характерны низкая ценность человеческой жизни, детей и отцовства: "Когда я отказалась делать аборт, встал вопрос - либо сохранять отношения с человеком, значит сделать аборт, либо сохранить ребенка. Я променяла - мужа на ребенка. Он наотрез сказал: "У меня есть один ребенок, я больше детей не хочу ""(Е., 35 л., не замужем, дворник, двое детей - 15 л. и 2 г.).

"Просто прохожий". Такие отцы пропадали так же легко, как и появлялись, не оставляя ни имени, ни фамилии, ни телефона для связи, не устанавливали юридического отцовства, не поддерживали отношений с матерью ребенка, не принимали участия в материальных расходах. В отношениях с матерью ребенка доминировали мотивы флирта, легких сексуальных связей, не нуждающихся в продолжении: "Мы расстались, когда я была беременна, поэтому он ни разу не видел ребенка. Он не хотел ребенка, он просто пропал" (К., 33 г., помощник воспитателя, не замужем, ребенок - 2 г.).

Таким образом, часть активно-отвергающих и пассивно-отвергающих отцов имеют достаточно бедные социально-экономические и культурные ресурсы, низкий уровень образования и квалификации, неустойчивую занятость, непостоянный заработок, фрагментарные семейные связи и зависимость от окружения. На другом полюсе те, кто, напротив, отличается высоким формальным статусом, высоким уровнем образования, устойчивой профессиональной занятостью, самодостаточностью и автономностью. Тех и других объединяет отчужденный характер отношений с матерью ребенка, проявляемый в эмоциональной бедности, отсутствии чувства отцовства. Являясь биологическими отцами, они не осознают родительскую идентичность и не соглашаются с новой для них социальной ролью.

Важным выводом является понимание того, что степень зрелости и ответственности отца не являются неизменными характеристиками. Возможности их развития взаимосвязаны с ответственностью и зрелостью матери. Достижение идентичности отца, его зрелости и ответственности - это динамичный и развивающийся процесс, скорость протекания которого зависит от множества факторов, в т.ч. отношений с матерью, родительской семьей, друзьями, коллегами по работе, мужскими сообществами, гражданским обществом, от экономической ситуации и социальной политики. Возможностью для институциональных, структурных и социокультурных изменений в формировании зрелого ответственного отцовства может стать новая семейная и демографическая политика, которая должна быть дифференцированной, учитывать потребности различных групп молодых родителей, обладающих разными социальными ресурсами.

Используйте элемент неожиданности

Я часто думаю об элементе неожиданности, когда чувствую, что есть необходимость в усилении своей роли, как мужа и отца. Это простая идея, но я считаю, что это важная штука, которая может показать моим домашним, как они важны для меня: я стараюсь придумать способы, как я могу по хорошему их удивить!
 

Продовжити

Супружество не для тебя

Прошло уже полтора года, как я женился, но только недавно сделал вывод, что брак не для меня. Теперь, прежде чем что-то предполагать, читайте дальше.

Продовжити

Благодарность помогает быть хорошим папой

Кто же не любит череду рождественских и новогодних праздников? И вот вопрос, который следовало бы задать себе не единожды в течение следующих пару недель: За что Вы благодарны? Наверное, первое, что приходит на ум, это члены Вашей семьи, Ваши дети и Ваша жена, если Вы женаты. Если Ваша семья здорова, Вы трудоспособны, и у Вас есть крыша над головой, это тоже причины для благодарности.
 

Продовжити

Чтобы быть лучшим папой - позаботьтесь о себе

Этими размышлениями поделился мужчина – отец, которому сейчас 57 лет. И мы уверены, что советы, которыми делится сотрудник Национального Центра Отцовства (США) Кэри Кейси, будут очень полезны не только зрелым, но и молодым папам.
 

Продовжити